Ми даємо ЗНАННЯ для прийняття рішень, ВПЕВНЕНІСТЬ в їх правильності і надихаємо на розвиток чесного бізнесу, як основного двигуна розвитку України
ВЕЛИКОМУ БІЗНЕСУ
СЕРЕДНЬОМУ ТА ДРІБНОМУ БІЗНЕСУ
ЮРИДИЧНИМ КОМПАНІЯМ
ДЕРЖАВНОМУ СЕКТОРУ
КЕРІВНИКАМ
ЮРИСТАМ
БУХГАЛТЕРАМ
ФОПам
ПЛАТФОРМА
Єдиний інформаційно-комунікаційний простір для бізнесу, держави і соціуму, а також для професійних спільнот
НОВИНИ
та КОМУНІКАЦІЇ
правові, професійні та бізнес-медіа про правила гри
ПРОДУКТИ
і РІШЕННЯ
синергія власних і партнерських продуктів
БІЗНЕС
з ЛІГА:ЗАКОН
потужний канал продажів і підтримки нових продуктів

Блог корпоративного юриста. О профессионализме (ч.1)

6.02.2014, 09:20
26
13
Александр Онуфриенко
Директор юридического департамента КУА «КИНТО»

Вот задумал написать несколько материалов о профессионализме. Не в плане учить-поучать, не подумайте. В этом занятии и без меня желающих хватает. Скорее, обозначить маркеры, помогающие каждому (кто хочет, конечно) найти персональные ответы на вопросы «а что это такое – профессионализм?», «а есть ли у него предел»? Ну, не знаю, насколько у меня хватит времени и терпения на цикл материалов, но пока две истории.

Вот задумал написать несколько материалов о профессионализме. Не в плане учить-поучать, не подумайте. В этом занятии и без меня желающих хватает. Скорее, обозначить маркеры, помогающие каждому (кто хочет, конечно) найти персональные ответы на вопросы «а что это такое – профессионализм?», «а  есть  ли у него предел»? Ну, не знаю, насколько у меня хватит времени и терпения на цикл материалов, но пока две истории.

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ. ПРИДУМАННАЯ. Один из моих любимых писателей – Фридрих Дюрренматт. У него есть несколько серьезных художественных произведений о юристах, рекомендую (но предупреждаю – они немаленькие по нынешним временам и непростые). Но сейчас – история из романа «Последнее дело комиссара Берлаха» (по книге снят отличный советский черно-белый фильм) Итак, история о врачах.

Дело в было в Европе перед Второй мировой войной. Жил-был один студент медицинского. Однажды пошел он со своими друзьями-однокурсниками в горы на пикник. Один из их компании как-то неловко упал и очень ударил шею. И вот много лет спустя комиссару полиции рассказывает один из участников истории (пересказ вольный, конечно): «Мы все стоим и видим, как у нашего друга на глазах раздувается шея, и как студенты-медики понимаем, что жить ему осталось несколько минут – сейчас задохнется. Стоим и не можем даже пошевелиться от ужаса. И в этот момент один из нашей компании без разговоров берет со стола кухонный нож и точным движением делает на шее определенного вида надрез (т.е. операцию без наркоза). Друг был спасен. Но я обратил внимание, какие у оперирующего были нечеловеческие ликующие глаза». Конец произвольной цитаты.

Прошли годы. Началась война. Вот этот спаситель-студент оказался врачом-хирургом в концлагере. Да не простым врачом, а врачом-экспериментатором. Экспериментировал с различными видами операций на заключенных, но делал их без наркоза. Как позже рассказал тому же комиссару один из выживших заключенных, условия были простые. Экспериментатор требовал, чтобы заключенный на опыт соглашался сам. В этом случае его освобождали от работ, кормили. А затем подвергали операции без наркоза. Если выживал – выхаживали с целью медицинского наблюдения и фиксации результатов опыта. Соглашалось немало заключенных – ведь некоторые выживали. Конец войны. Экспериментатора судили как военного преступника (заочно, он успел сбежать). Дело отдали в архив.

А в шестидесятых в одном швейцарском городке пошла слава о необыкновенной клинике. В ней практиковал чудо-врач, который за огромные деньги  брался оперировать безнадежных больных, от которых отказались другие врачи. И, опираясь на свой колоссальный страшный опыт, некоторых спасал.  И, как вы наверное уже догадались, это был все-тот же мужественный студент-медик. Ну,  в конце романа справедливость восторжествовала.

И вот что можно сказать о хирурге-профессионале? С точки зрения большинства людей, с точки зрения Закона – это, безусловно, военный преступник. А с точки зрения родных и близких спасенного студента, выживших заключенных и спасенных послевоенных пациентов?

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ. ПРАВДОПОДОБНАЯ. Об адвокатах. Ее мне рассказали где-то с год назад российские коллеги после одной из конференций. Итак, Россия, наши дни, провинциальный городок. И как-то случился в этом городке всплеск борьбы с коррупцией. По обвинению в хозяйственных преступлениях арестовали председателя сельсовета (не ручаюсь за точное название должности) и бригадира промышленной бригады. Преступления вменялись им разные, но по санкции похожие. Ну, понятное дело, коррупции – бой, арестовали до суда – «могут помешать отправлению правосудия». Семья бригадира наняла адвоката из областного центра. Приехал, изучил дело, поговорил с следователями, поучаствовал в процессуальных действиях. А потом говорит семье приблизительно так: «обвинение понятное, доказательства ясны. Моя тактика защиты такая – кое в чем признаемся, от остального будем отказываться – у них доказательственная база в отдельных моментах слабовата. Но в целом прокурор запросит пять, суд даст четыре, а при хорошем стечении обстоятельств выйдет через три».  И назвал вменяемую сумму гонорара. Стороны ударили по рукам. Процесс занял два месяца. Все приблизительно получилось так, как и рассказывал адвокат. Прокурорские отчитались об очередной победе над гидрой коррупции, осужденный поехал в место лишения свободы в европейской части России. Семья несколько раз ездила к нему на свидания (и привозила передачи), и через три года вернулся бригадир  к семье в свой дом.

А семья председателя сельсовета наняла адвоката из Москвы (фамилию мне называли, действительно очень известен). Тот приехал, тоже изучил дело. Поучаствовал в процессуальных действиях. И говорит семье: «Я готов бороться до конца. Факты у них хлипкие, а я еще подтяну прессу-телевидение – мы их задавим». И назвал астрономическую сумму гонорара (пресса ведь недешево стоит). Семья охнула, но согласилась. Правда, пришлось заложить дом и взять кредит в банке. Процесс был громкий, знатный. Освещало и областное телевидение, и даже в Москве несколько раз показали. Суд шел около года (а обвиняемый – в СИЗО). Ну, прокурорские тоже за честь мундира решили постоять. Итого – прокурорские просили лет восемь, но в результате упорной борьбы суд приговорил к тем же трем (ну, с учетом СИЗО). На апелляцию денег у семьи уже не хватило. Отправили отбывать в Сибирь. Семья, ясное дело, приехать ни разу не смогла – банк за невозврат кредита забрал дом. Вернулся освобожденный с подорванным здоровьем – а семья снимает угол у односельчанина.

Вот такая история. Я, честно скажу, мог что-то напутать со сроками, но точно мне запомнилось, что с учетом предварительного заключения второй осужденный отсидел почти столько же, сколько и первый.

И вот  как это оценить? С точки зрения чистого искусства, московский адвокат сработал на пять с плюсом. А с точки зрения потребителей чистого искусства?         

Написал не для того, чтобы оправдать нацистских преступников (нет им прощения) и не для того, чтобы верили следователю, когда он говорит «давай, ты только сознайся. И тут же будешь свободен» (все мы знаем цену таких уговоров).

Просто хотел напомнить, что в нашей профессии белые и черные цвета встречаются очень редко. В основном полутона. А вот итальянцы говорят, что хороший портной мужских костюмов должен иметь в наличии знаете сколько видов серой ткани? Не менее сорока оттенков...               

     

Підготовано спеціально для Платформи ЛІГА:ЗАКОН
Зв’язатися з редактором

Увійдіть, щоб залишити коментар