Определение подсудности дел: единая ли практика судов?

22.05.2020, 09:15
576
1

Андрей Савчук, заместитель Главы Комитета АЮУ по процессуальному праву, рассказал об этом подробнее
Андрей Савчук, заместитель Главы Комитета АЮУ по процессуальному праву, рассказал об этом подробнее

Предисловие

Правовая определенность в демократическом обществе признается одной из основополагающих ценностей. Принцип правовой определенности представляет собой совокупность требований к организации и функционированию правовой системы с целью обеспечения прежде всего стабильного правового положения индивида путем совершенствования процессов правотворчества и правоприменения. Принцип призван дать возможность участникам правоотношений предсказать результаты своих действий, приобретения соответствующих прав и обязанностей. Это предполагает и прогнозируемость судебных решений по результатам рассмотрения споров.

Со вступлением в силу новых редакций процессуальных кодексов не только у адвокатов, но и судей возник целый ряд вопросов о действующих процессуальных правилах, по каждому конкретному делу. Среди них до сих пор дискуссионным остается решение правил определения юрисдикции (подведомственности) дел.

Судебная юрисдикция - это институт права, который призван разграничить компетенцию как различных звеньев судебной системы, так и видов судопроизводства - гражданского, уголовного, хозяйственного и административного.

Определение юрисдикционности

Правила определения юрисдикционности соответствующего дела установлены процессуальными законами, которыми определена предметная и субъектная юрисдикция хозяйственных гражданских и административных дел - это ст.20 ХПК Украины, ст.19 ГПК Украины и ст.19 КАС Украины.

На первый взгляд, наличие четкого законодательного разграничения подсудности дел у судов не должна порождать проблемы в судебной практике по юрисдикционности судебных дел. Но практика толкования этих процессуальных норм выявила немало проблем относительно правильного их применения.

Здесь стоит отметить, что определение правильной юрисдикции того или иного спора играет очень важную роль. По этому поводу, в п.1 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной ЗУ от 17/07/1997г. N475/97-ВР «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, Первого протокола и протоколов NN 2, 4, 7 и 11 к Конвенции» указано, что каждый имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

ЕСПЧ же, в п.24 решения от 20/07/2006 г. по делу «Сокуренко и Стригун против Украины» отметил, что фраза «установленный законом» распространяется не только на правовую основу самого существования «суда», но и на соблюдение им определенных норм, регулирующих его деятельность. И, как указано Европейской комиссией по правам человека в решении по делу «Занд против Австрии» (доклад от 12/10/1978 г.), термин «судом» в п.1 ст.6 Конвенции предусматривает «всю организационную структуру судов, включая (...) вопросы, относящиеся к юрисдикции определенных категорий судов (...)».

Для определения «суда, установленного законом» в процессуальном законодательстве Украины применен подход отнесения к юрисдикции общих судов всех дел, возникающих из гражданских, земельных, трудовых, семейных, жилищных и иных правоотношений. Кроме дел, рассмотрение которых осуществляется в порядке другого судопроизводства. Таким образом, если дело не отнесено к юрисдикции других (хозяйственных и административных) судов, то оно подлежит рассмотрению общим судом.

Что касается юрисдикции хозяйственных и административных дел, то, в общем, их можно сформулировать так: хозяйственные суды призваны решать споры, связанные с осуществлением хозяйственной деятельности, а административные - это публично-правовые споры с участием субъектов властных полномочий.

Судебная практика

Но насколько четко законодателем не была бы определена система судов и их юрисдикция, практика применения соответствующих норм непременно потребует четких правил.

Обеспечение единого подхода к формированию устойчивости и единства судебной практики, в том числе определение юрисдикционности того или иного спора, в соответствии со ст. 36 Закона Украины «О судоустройстве и статусе судей» должен обеспечить Верховный Суд.

На важность обеспечения единства и постоянства судебной практики указывают наличие в процессуальных кодексах Украины положений о том, что основанием пересмотра судебных решений БП ВС является нарушение предметной или субъектной юрисдикции. В частности, ч.6 ст.346 КАСУ предусмотрено, что кроме случаев, предусмотренных законом, дело подлежит передаче на рассмотрение БП ВС во всех случаях, когда участник дела оспаривает судебное решение на основании нарушения правил предметной юрисдикции. А, в соответствии с требованиями ст.403 ГПК и ч.3 ст.302 ХПК предметной или субъектной юрисдикции.

Отмечу, что БП ВС принято немало решений, в которых приведены правовые выводы относительно оснований и условий определения подсудности дел. Как следует из сведений, размещенных на сайте ЕГРСР, по состоянию на середину мая 2020 года, БП ВС вынесено 307 постановлений, в которых сформированы правовые выводы относительно юрисдикционности споров. Только за первые 5 месяцев 2020 года, БП ВС было вынесено 24 постановления, в которых содержатся выводы о нарушении судами предыдущих инстанций при вынесении обжалуемых судебных решений предметной или субъектной юрисдикции.

Указанное свидетельствует не только об огромном объеме юрисдикционных споров среди дел, рассмотренных БП ВС, но и об актуальности проблемы правильного определения юрисдикции дел в работе всех звеньев судебной системы Украины.

Есть основания полагать, что в будущем количество юрисдикционных споров в БП ВС уменьшится. Ведь одним из оснований для отказа в передаче дела на рассмотрение БП ВС является наличие постановления БП ВС, которое уже содержит вывод по вопросу предметной или субъектной юрисдикции спора в подобных правоотношениях. Однако, учитывая динамичное развитие законодательства Украины, в том числе внесение изменений в действующие процессуальные кодексы, эта задача пока остается.

Кстати, через обеспечение ВС постоянства и единства судебной практики одновременно осуществляется и реализация принципа правовой определенности, который является одним из фундаментальных принципов верховенства права.

Кроме того, динамичное развитие общественных отношений создает предпосылки для возникновения случаев отступления БП ВС от ранее сложившихся правовых выводов о предметной/субъектной юрисдикции рассмотрения судами дел. Так, за весь период своей работы БП ВС 6 раз отступила от собственных правовых позиций по вопросу определения юрисдикции дел. Это дополнительно подчеркивает сложность и неоднозначность решения вопроса юрисдикционности споров в практике судов.

Иногда бывает и так, что из-за непоследовательности национальных судов истец сталкивается с препятствиями в реализации права на судебную защиту. Такие ситуации не раз случались в Украине. По этому поводу Европейский суд по правам человека неоднократно устанавливал нарушения Украиной Конвенции, за возникновение, так называемых, юрисдикционных конфликтов между национальными судами (см. Mutatis mutandis, решение от 9/12/2010 г. по делу «Буланов и Купчик против Украины» («Bulanov and Kupchik vs. Ukraine», заявления №7714/06 и №23654/08), в котором ЕСПЧ установил нарушение п.1 ст.6 Конвенции об отсутствии у заявителей доступа в суд кассационной инстанции ввиду того, что отказ Высшего административного суда рассмотреть кассационные жалобы заявителей, вопреки постановлениям ВС не только лишил заявителей права на доступ к суду, но и нивелировал авторитет судебной власти.

Здесь ЕСПЧ указал, что государство должно обеспечить наличие средств для эффективного и быстрого разрешения споров по юрисдикции (§ 27-28, 38-40) решение от 1/12/2011 г. по делу «Андриевская против Украины» («Andriyevska vs. Ukraine», заявление №34036/06). В нём ЕСПЧ признал нарушение п.1 ст.6 Конвенции ввиду того, что Высший административный суд отказал в открытии кассационного производства по жалобе заявителя, поскольку его дело носило гражданский, а не административный характер, поэтому кассационной инстанцией должен быть ВСУ. При этом, сам ВСУ отказал в открытии кассационного производства, отметив, что судом кассационной инстанции по делу заявительницы является Высший административный суд Украины (§ 13-14, 23, 25-26) решение от 17/01/2013 г. по делу «Мосендз против Украины» («Mosendz vs. Ukraine», заявление №52013/08). ЕСПЧ признал, что заявитель был лишен эффективного национального средства правовой защиты, гарантированного ст.13 Конвенции, из-за наличия юрисдикционных конфликтов между гражданскими и административными судами (§ 116, 119, 122-125) решение от 21 декабря 2017 по делу «Шестопалова против Украины» («Shestopalova v. Ukraine», заявление № 55339/07). ЕСПЧ пришел к выводу, что заявительница была лишена права на доступ к суду вопреки п.1 ст.6 Конвенции, поскольку национальные суды предоставляли ей противоречивые разъяснения относительно юрисдикции, согласно которой иск заявительницы должен был рассматриваться в судах Украины, а Высший административный суд Украины не выполнил решение ВСУ по рассмотрению иска заявительницы по правилам административного судопроизводства (§ 13 18-24)).

Учитывая существование такого юрисдикционного конфликта и наличие в процессуальных кодексах Украины императивных предписаний, которые делают невозможным повторное обращение в суд с аналогичным иском после закрытия судом производства, БП ВС считает, что рассмотрение такого спора должно завершиться по правилам того судопроизводства, согласно которому рассматривается дело. Указанное обусловлено необходимостью обеспечить доступ к правосудию заявителю. Это включает в себя и рассмотрение жалобы по существу, даже в не предусмотренном законом, судопроизводстве, поскольку препятствия к рассмотрению в надлежащем судопроизводстве возникли в связи с процессуальной деятельностью суда.

Аналогичные, по своей сути, выводы высказано БП ВС в постановлениях: от 21.11.2018 г. по делу N243/5078/17 от 12/12/2018 г.; делу N490/9823/16-ц от 12.12.2018 г. и по делу N761/12676/17.

Выводы

Итак, правильное определение юрисдикции дел имеет важнейшее значение в практике судов. Судебное решение, которым даже правильно решен спор по существу, не может считаться принятым установленным законом судом, если при его вынесении были допущены нарушения юрисдикции. На мой взгляд, правильное избрание юрисдикции должно стать своеобразным краеугольным камнем, на котором будет построено всё рассмотрение дела. Именно этому должно быть уделено максимальное внимание - как адвокатов, так и судей в начале дела.

Андрей Савчук, заместитель Главы Комитета АЮУ по процессуальному праву, партнер АО «Морис Групп»

Читайте также: Исключительно адвокаты и прокуроры могут представлять госорганы в судах: ВС

Защита интересов клиента в суде требует глубинного анализа законодательного поля и правовых прецедентов. Для облегчения деятельности адвоката ЛІГА:ЗАКОН разработала LIGA360:АДВОКАТ - комплексное решение, которое объединяет главные инструменты в едином рабочем пространстве для адвоката. Получите доступ к полной базе НПА с обратными ссылками на связанные документы, 85 млн судебных решений с правовыми позициями Верховного Суда, информации о 6,5 млн компаний и предпринимателей с отражением бизнес-связей. Заказывайте в мае со скидкой 30 %.

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на ЮРЛІГУ в соцсетях. Выбирайте, что вам удобнее - Телеграм t.me/jurliga, Фейсбук https://www.facebook.com/jurliga/ или Твиттер https://twitter.com/jurligaua.

Войдите, чтобы оставить комментарий
Рассылка новостей
Подписаться