Мы даем ЗНАНИЯ для принятия решений, УВЕРЕННОСТЬ в их правильности и ВДОХНОВЛЯЕМ на развитие честного бизнеса, как основного двигателя развития Украины
КРУПНОМУ БИЗНЕСУ
СРЕДНЕМУ и МЕЛКОМУ БИЗНЕСУ
ЮРИДИЧЕСКИМ КОМПАНИЯМ
ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКТОРУ
РУКОВОДИТЕЛЯМ
ЮРИСТАМ
БУХГАЛТЕРАМ
Для ФЛП
ПЛАТФОРМА
Единое информационно-коммуникационное пространство для бизнеса, государства и социума, а также для профессиональных сообществ
НОВОСТИ
и КОММУНИКАЦИИ
правовые, профессиональные и бизнес-медиа о правилах игры
ПРОДУКТЫ
и РЕШЕНИЯ
синергия собственных и партнерских продуктов
БИЗНЕС
с ЛІГА:ЗАКОН
мощный канал продаж и поддержки новых продуктов

Принадлежность недвижимой вещи: неожиданные подходы нового Верховного Суда

Или дело трубы как принадлежности к зданию - разберем по косточкам!
6.04.2018, 10:00
48
3

28 марта 2018 года по случаю 100 дней работы Верховного Суда состоялся брифинг, в ходе которого председатель ВС Валентина Данишевская призвала юридическую общественность активнее обсуждать и критиковать решения нового Верховного Суда, этим и займемся!

В День святого Валентина новый Верховный Суд (в составе председательствующего Мищенко И. С.; судей Бердник И. С., Суховой В. Г.) решил интересное дело, касающееся принадлежности недвижимой вещи. Выводы Верховного Суда (постановление ВС от 14.02.18 дело № 910/8903/16), на наш взгляд, заслуживают внимания и обсуждения.

Фабула: Истец (ООО «Крейцер») купил долю в праве (19/100) на промышленное здание, к которому примыкала труба (позже признанная принадлежностью всего здания). В договоре купли-продажи труба не упоминалась. Позже Истец узнал, что право собственности на трубу было зарегистрировано как на отдельный объект за третьим лицом, а спустя некоторое время труба была продана. Истец заявил иск о виндикации и признании права собственности на трубу, в котором утверждал, что труба - принадлежность здания, исходя из того, что в ней был цех и печь, эксплуатировавшие трубу.

></p></td></tr><tr valign=

Владислав Кисиль

Что сказал суд: Суд оставил в силе решения по делу, которыми в иске было отказано. Мотивы решения следующие.

А. Труба не входила в перечень имущества, указанного в договоре купли-продажи, по которому Истец приобрел долю в праве на здание.

Б. Системный анализ привел суд к мысли, что «принадлежность не может быть отдельным объектом права собственности», а следовательно, признание права на нее есть что-то неудобоваримое.

В. Суд процитировал постановление ВСУ от 11.12.12 в деле № 56/68. Постановление толкует о правилах конкуренции между исками о признании сделок недействительными и виндикационными исками. Ожидаемо - в обязательственных отношениях (т. е. между сторонами сделки применяются ст. ст. 215, 216 ГКУ с реституцией); в вещно-правовых отношениях (т. е. когда требование заявляет не сторона сделки, необходимо применять виндикацию ст. 387 ГКУ). Кстати, очевидно, и в решении 2012 года, и в обсуждаемом решении ВС ляпсус. Написано: «В обязательственных отношениях защита прав лица, считающего себя собственником, возможна только путем удовлетворения виндикационного иска». Вместо «обязательственных» должно быть «вещно-правовых». А вот дальше идет намек на то, что виндикация (ст. 387) и заявленное истцом требование о признании права собственности (ст. 392) имеют разные правовые основания, которые истец непозволительно смешал между собой.

></p></td></tr><tr valign=

Роман Тытыкало

Зачем же так?

А. Суд обратил внимание на умолчание о принадлежности в договоре купли-продажи главной вещи (здания). Но разве это имеет значение для определения судьбы принадлежности? Думается, законодателем не зря применяется прямо противоположный прием в ст. 186 ГКУ: принадлежность следует за основной вещью, если иное не установлено законом или договором, т. е. по умолчанию. По этому поводу еще 4 октября 1991 года в п. 8 постановления пленума № 7 Верховный Суд Украины писал, что при отчуждении дома хозяйственные строения (летние кухни, сараи и т. д.) переходят к новому собственнику вмести с домом, если иное не указано в договоре. И вроде всем было все понятно, и споров по этому поводу почти не было. С оглядкой на ВС с удвоенной щепетильностью давайте теперь описывать предмет договора с указанием всех принадлежностей, а то не ровен час…

Б. Суд произвел на свет сентенцию, что принадлежность - это не отдельный объект права собственности. И опять мимо: принадлежность (в отличие от составной части вещи) - это всегда отдельная вещь. Следовательно, на нее может быть установлено право собственности, объектом которого она является. Именно поэтому в ч. 2 ст. 186 ГКУ говорится, что принадлежность «следует» за главной вещью. Применяется прием презумпции: отчуждение главной вещи (переход права собственности) означает и одновременный переход права собственности на принадлежность. Но презумпция может быть разрушена прямым указанием об этом в договоре либо законе. Что же, разве положение в договоре об «освобождении и отпуске на волю» принадлежности от главной вещи может «создать» отдельный объект права собственности? Нет. Может быть, право собственности имеет разновидности: право собственности на отдельный объект и право собственности на неотдельный объект? Снова нет. Гражданское право такого деления не знает. Собственность, как известно, как осетрина - либо свежая, либо нет, второй свежести не имеет. А дальше суд нам намекает, что раз принадлежность не самостоятельный объект права собственности, то и признавать право на нее некорректно. Представим себе ситуацию - гражданин купил скрипку, а смычок последовал за ней как принадлежность. Вскоре смычок потерялся: можно ли его виндицировать? Очень странно, если нельзя. Та же ситуация, но вместо утери смычка о праве на него возникает спор. Что, уже нельзя признать право собственности на смычок, доказав, что он последовал / не последовал за скрипкой? Опять какая-то несуразица. С точки зрения древних римлян виндикация отдельных вещей, а иногда даже составных частей вещи (при условии разделения) была допустимой! «То, что соединено с другим (с другой вещью) или присоединено к другому и следует за ним в качестве принадлежности, не может быть виндицировано собственником, пока эти вещи являются соединенными, но он может предъявить иск о предъявлении (вещей в суде) с той целью, чтобы вещи были разъединены и затем могла быть осуществлена виндикация. Напротив, в тех телах, которые состоят из раздельных тел, как известно, отдельные части сохраняют свой собственный вид, как, например, отдельные люди (рабы), отдельные овцы. Поэтому я могу виндицировать стадо, хотя бы в него вмешался твой баран, но и ты можешь виндицировать барана», - Дигесты Юстиниана: О виндикации вещи, книга 6, титул I. Непонятно, что поменялось за последние две тысячи лет и почему мы должны отказывать в защите собственнику принадлежности.

></p></td></tr><tr valign=

Та самая труба, которая является объектом спора

Что не сказал суд, но мог бы

А. Не решенной осталась проблема конкуренции виндикационного иска и иска о признании права. Можно ли соединять эти требования и есть ли аргументы против такого соединения? Судебная практика по сей день не отличается единообразием в этом вопросе, и решение Верховного Суда с перефразом невразумительной цитаты образца 2012 года не добавило ясности. Напомним, что возможность объединения исковых требований о признании права собственности с виндикацией упоминается в документе старого Верховного Суда Украины под названием «Анализ некоторых вопросов применения судами законодательства о праве собственности при рассмотрении гражданских дел» от 01.07.2013. Хотя в решениях кассационных судов встречалась и прямо противоположная позиция (напр. определение ВССУ от 01.06.16 в деле № 638/274/15-ц).

Б. К сожалению, Верховный Суд, стоя на пороге проблемы виндикации доли в праве, не сказал об этом ни слова. Внятный ответ на этот вопрос также мог бы помочь формированию предсказуемой практики.

В заключение можем сказать, что решение дела о трубе нас порадовало. Но радость эта скорее связана с формой. Постановление Верховного Суда изложено по-новому с нумерацией абзацев и четким выделением частей. Ждем возможности искренне порадоваться в скором будущем не только форме, но и содержанию решений высшей судебной инстанции, создание которой так дорого всем нам обошлось.

Владислав Кисиль

Адвокат, партнер ЮФ «KPD Consulting»

Роман Тытыкало

к. ю. н., адвокат, Управляющий АБ «Тытыкало та партнери»

Подготовлено специально для Платформы ЛІГА:ЗАКОН
Связаться с редактором

Войдите, чтобы оставить комментарий